БЕЛАЯ ГВАРДИЯ

На юге крепкий костяк армии составили “именные” офицерские части — марковские, дроздовские, корниловские, алексеевские, спаянные общими традициями, победами и утратами. На востоке таких не было. Только что созданные полки и дивизии на имели ни общего прошлого, ни крепкой спайки. Самыми крепкими и боеспособными частями Колчака были Ижевский и Боткинский полки из рабочих-повстанцев этих городов. Ударной силой юга было казачество. Но казачьи войска были слишком разными. Донское — 2,5 млн. казаков, Кубанское — 1,4 млн., Терское — 250 тыс. Восточные казачьи войска были малочисленны, не имели таких глубоких традиций, как старшие собратья, да и тянули каждое в свою сторону. Амурское (40 тыс.) и Уссурийское (34 тыс.) увязли во внутренней войне Приморья. Верховодил там атаман Калмыков, игнорирующий Верховную власть. Более крупное Забайкальское (250 тыс.) сидело под рукой Семенова, открыто не признающего Колчака. Опять же, там своя война шла — часть казаков отшатнулась от самозваного атамана и создавала красные отряды. Более-менее поддерживало Сибирское казачество (170 тыс.). Семиреченское (45 тыс.) было целиком занято войной за собственный медвежий угол. Самым крупным было Оренбургское войско (500 тыс.), но там в казачье сословие входили и башкиры, косящиеся то в сторону [233] Дутова, то в сторону изменника Валидова. Храбро сражалось Уральское казачество (170 тыс.), но сражалось само по себе, связь с ним была слабой.