БЕЛАЯ ГВАРДИЯ

Пока Кавказская армия, состоявшая в основном из кубанцев, наступала на Царицын и Камышин, ее боевой дух еще держался на высоком уровне. Но затем последовали тяжелые оборонительные бои, не сулящие никакой “добычи”. Начиналась осень с холодами и тифом. И пошло повальное дезертирство. Удирали с фронта, не такого уж далекого от дома. Уехавшие на побывку или излечение назад не возвращались. Дезертиры свободно проживали в станицах — кубанские власти их не преследовали. Шли в банды “зеленых”, существование [367] которых на Кубани стало почти легальным — большинство их вожаков были связаны с лидерами Рады. Находили приют в екате-ринодарских запасных частях, которые Рада содержала под своим крылышком для создания “собственной” армии. Шли в “гайдамаки” — охранные отряды Рады. Осенью дошло до того, что во фронтовых полках осталось по 70—80 сабель. Приток пополнений и снабжения с Кубани полностью прекратился.
После отчаянных усилий военного командования все же удалось добиться выхода кое-каких подкреплений на фронт. Состав полков Кавказской армии довели до 250—300 чел. Легче от этого не стало. Как писал Врангель: