БЕЛАЯ ГВАРДИЯ

Но дорога была общая. Кое-как сговариваясь о минимальном взаимодействии, многотысячный поток полз на Туапсе. И у станицы Хадыженской неожиданно столкнулся с Черноморской красной армией. Это туапсинский ревком выполнял свой план, спущенный ему советским командованием, — через горные перевалы нанести Кубани удар с тыла. И двинул 6 батальонов (около 3 тыс. чел.) на Майкоп. Сначала они победоносно маршировали по Кубани, тепло встреченные станичниками — их принимали за “зеленых”, т. е. “своих”. Но по грабежам скоро поняли, что пришли не “зеленые”, а красные, причем красные “еще те”, образца 1918 года — каковыми, в сущности, и были большинство туапсинских вояк, попавших в плен в 18-м, потом мобилизованных деникинцами, потом перешедших на службу “зеленой” республике, а потом подчинившихся ревкому.
Казаки стали браться за оружие. А после нескольких стычек вдруг появилась отступающая Кубанская армия. Она была совершенно разложившейся, почти небоеспособной — красные преследовали ее очень малыми силами. Будучи атакованной на открытом месте, она наверняка разбежалась бы. Но армия Черноморского ревкома сама состояла из дезертиров и перебежчиков. Обнаружив катящуюся на нее массу войск, она поспешно отступила и укрепилась на Гойтхском перевал. А тут ее просто-напросто смели — на узкой горной дороге передовые части казаков не могли ни отступить, ни остановиться, сзади напирали обозы, люди, скот...