БЕЛАЯ ГВАРДИЯ

“Нужно, чтобы в Вашем правительстве была рабочая блуза, вам нужны социалистические имена”,
— совершенно упуская, что через такой этап Россия уже проходила и в 1917 г., и при Самарской “учредилке”. (Кстати, одесские беженцы из социалистов, на себе познавшие большевизм, были настроены куда “реакционнее” и решительнее, чем екатеринодарские кадеты, выискивающие компромиссные миротворческие решения.)
Колебалась туда-сюда и русская политика Парижа. В результате у французского командования сложилось предвзятое и неприязненное отношение с белогвардейцами-добровольцами. Раздражал их и Деникин, державшийся слишком независимо и пытавшийся говорить на равных — как с союзниками, а не как с хозяевами. А признание Петлюры вроде бы обещало быть в этом плане более перспективным. Родилась “система мирного ввода французских войск на украинскую территорию”. Лишь в конце января, когда изолированной Одессе стал угрожать голод, французы решились расширить плацдарм и ультимативно потребовали от петлюровцев очистить Тирасполь, Херсон и Николаев.
От Добровольческой армии прибыли в Одессу генерал Санников, назначенный командующим войсками Юго-Западного края, а для непосредственного руководства этими войсками — ген. Тимановский, отличный командир, первопоходник, помощник Маркова, которого подчиненные офицеры звали “неустрашимым Степанычем”. Здесь на базе многочисленных беженцев, местного населения, под прикрытием союзных войск были благоприятнейшие возможности для формирования крупных белогвардейских соединений. Но... французы не дали этого сделать. Они запретили в Одесском районе мобилизацию, сославшись на то, что это может привести к беспорядкам и недовольству населения. Вместо этого предложили довольно странную идею “смешанных бригад”, в которых офицерский состав комплектуется только из уроженцев Украины, солдаты подбираются путем добровольного найма, в части назначаются французские инструкторы, и в командном отношении бригады совершенно не подчиняются Добровольческой армии, а только лишь французским властям. Деникин категорически запретил Санникову подобные эксперименты, а ген. Бертелло телеграфировал о пагубности подобной идеи и о том, что возможно лишь оперативное подчинение французскому командованию русских частей в местах преобладания французских войск.