БЕЛАЯ ГВАРДИЯ

Далее последовали “Декрет о создании народных трибуналов”, “Декрет о государственной монополии на объявления”. Еще 25.10 распустили “предпарламент”. Прочие партии, социалистические и либеральные, пытались организовать центр сопротивления — “Комитет общественного спасения”, консолидировавшись вокруг [59] городской Думы. На их решения большевики не обращали внимания, а Троцкий спокойно констатировал: “Что ж, на это есть конституционные средства. Думу можно распустить и переизбрать”.
Но даже это хлипкое противоболыпевистское единство раскололось, едва на Петроград пошел Краснов. “Революционная демократия” боялась казаков, генералов и “контрреволюционеров” куда больше, чем большевиков, хотя большевистская прокламация “К позорному столбу!” неожиданно заклеймила самих эсеров с меньшевиками, изменниками и корниловцами, призывая стереть их с лица земли. Левые эсеры, интернационалисты, метнулись к большевикам защищать “революцию” от “корниловцев”. Лидер меньшевиков Дан рассуждал:
“Если большевистское восстание будет потоплено в крови, то кто бы ни победил, Временное правительство или большевики, это будет торжеством третьей силы, которая сметет и большевиков, и Временное правительство, и всю демократию”.